Верх-бисертские татары и черемисы в XVII – XX вв.


Автор: Соколов Виктор Владимирович

ШУМИЛОВ ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ

Верх-бисертские татары и черемисы в XVII – XX вв.

На территории Урала издавна проживают немногочисленные этнические группы, заметно отличающиеся по целому ряду признаков от своего основного этноса. Среди них – верх-бисертские татары и марийцы – жители верховий реки Бисерть, правого притока Уфы.

Наиболее ранним населением, обосновавшимся здесь, являются татары. По образу жизни и роду занятий они похожи на своих соседей – кунгурских татар, что говорит, скорее всего, об участии кунгурцев в формировании данной этнической группы. Наиболее вероятное время появления их здесь – эпоха Золотой Орды, когда в районе реки Бисерть проходил путь из Европы в Азию (во второй половине XVII – начале XVIII в. он был известен как Кунгурская дорога, затем – как Московский генеральный тракт). Татары могли обслуживать почтовую станцию (ям).

К началу XVII в. верх-бисертские татары представляли собой обособленную группу, которую нередко именовали вогулами (манси). Это свидетельствует о наличии в составе татар вогульского элемента. Вместе с тем, верх-бисертские татары существенно отличались от лесных кочевников – вогулов родом занятий: они «пахали землю исстари», имели звериные, бортевые и хмелевые угодья, т. е. вели комплексное хозяйство. При этом основным их занятием оставалась охота.

Впервые верх-бисертские татары предстают перед нами в переписи 1626 г., когда было описано взрослое мужское податное население, платившее в государеву казну по 5 куниц с человека. Тогда в предгорьях Западного Урала обитали три группы автохтонного населения: сотня Копчика Ямашева (30 чел.), сотня Токази Ба(й)тикова (19 чел.), сотня Илцыбая Тулубаева (17 чел.).

Наиболее точно обозначена сотня Копчика Ямашева – это вогулы, проживавшие на реке Чусовой. Сложнее с двумя другими сотнями. Представители сотни Токази Ба(й)тикова – жители верховий реки Чусовой – названы в переписи татарами и верхними терсяками. Не исключено, что это башкиры племени терсяк, обитавшие в верховьях Чусовой и покинувшие свои земли под давлением русских поселенцев между 1626 и 1651 гг. Сотня Илцыбая Тулубаева числилась как «верх-уфимские татаровя». В этой сотне состояли ясачные вогулы: Сыбай, Беклыбай, Менлыбай, Менлокозя, Сарка, Бекозя, Сырник, Церебай, Бехкозя, Ешкозя и другие

  1. Если исходить из того, что один охотник был в состоянии прокормить пять человек, несложно подсчитать, что общая численность их достигала 85 человек. Скорее всего, именно эту группу надо считать предками верх-бисертских татар. С другой стороны, в документах начала XVII в. значится Верх-Уфимская волость, населенная башкирами (12 чел.), сотником которой являлся Ишимбайко Кулушев. В 1641, 1646 и 1648 гг. многие жители [Верх] — Уфимской волости (21 чел.) «отошли на Уфу», другие – «отъехали в поле». Возможно, что в 1626 г. существовали две Верх-Уфимские волости: одна, населенная татарами, другая – башкирами. В пользу этого говорит перепись 1651 г. Тогда существовали две Верх-Уфимские волости с населением 7 и 6 человек (здесь речь идет только о мужчинах – охотниках).
  2. В 1654 г. на дороге, идущей из Перми Великой и строгановских Чусовских городков в Сибирь, на реке Чусовой при устье Утки началось строительство русской Уткинской слободы. 50 татар и черемисов – жителей верховий Сылвы – совершили набег на слободу и разогнали ее насельников. Очевидно, они считали здешние земли своими. Не смотря на противодействие аборигенов к 1656 г. Уткинская слобода была построена, а в 1674 г. в ней появилось укрепление – острог/
  3. Со второй половины XVII в. верх-бисертские татары Токманко Роспаев (Арыспаев) и Бекбайко стали пускать на свои земли осенью и зимой уфимских, тулвинских и каршинских татар и черемисов (40 чел. и более) промышлять «из кортому», т.е. за определенную арендную плату заниматься охотой и другими лесными промыслами. Помимо этого, сылвенские татары и черемисы, а также гайнинские башкиры начинают селиться на пограничной земле в непосредственной близости от верх-бисертских татар, в том числе в устье реки Бисерть (здесь появилась башкирская деревня Усть-Бисерть, она же Бисерть, Гайна). Ясачные татары и черемисы (в 1680 г. – 13 чел. мужского пола) были приписаны к новой Уткинской волости. Они платили тогда по четыре куницы с человека, т.е. на одну куницу меньше, чем в 1626 г., что указывает на их обнищание и истощение промысловых угодий.
    Появление во второй половине XVII в. Кунгура и Кунгурского уезда вызвало возрождение старой дороги через бассейн реки Бисерть. Надо было срочно поставить этот нелегальный путь (Кунгурскую дорогу) в Сибирь под государев контроль. Русский оброчный крестьянин Якушка Соколов – житель Уткинской слободы – нашел «пустое порозжое место по Бисерте реке» и в начале 1680 г. получил разрешение строить здесь слободу и селить крестьян. Фактически это были земли верх-бисертских татар и, согласно более поздним устным источникам, в районе новой слободы находилась татарская деревня Мокрое поле, жители которой ушли на реку Пут, приток Бисерти, где основали деревню Верх-Путинскую (она же Васькина). Татары Касейко, Камыш Касеев, Бекбайко, Богдашко, Килдибайко, Аскарко, Маметко приезжали с оружием к новоселам и хотели убить их. Более того, Токманко Роспаев и Токбайко Актыбаев обратились с челобитной к царю и 7 августа 1680 г. получили разрешение владеть своими землями «по-прежнему, а слободу без царского указа не строить». По новому указу царя от 20 августа 1680 г. слободу всё же разрешили строить. Однако слобода уже существовала и с 1 марта 1680 г. в ней функционировала таможня, имелась также застава, в которой несли службу стрельцы
  4. На рубеже XVII – XVIII вв. пограничные с верх-бисертскими татарами «нейтральные» земли начинают интенсивно заселять кунгурские татары и черемисы. Помимо этого, на «Большой Московской сухой дороге» (ранее Кунгурская дорога) селятся русские. Обеспокоенные потерей своих владений верх-бисертские татары вновь обратились за поддержкой к центральным властям. 12 апреля 1705 г., поступил указ Петра I размежевать земли и установить границы владений верх-бисертских татар.
  5. Царским именным указом от 6 декабря 1714 г. сибирскому митрополиту Феодору было приказано крестить вогулов, татар и другие языческие народы Урала и Сибири. В марте 1718 г. архимандриту Верхотурского монастыря Сильвестру удалось окрестить часть обосновавшихся в деревне Розбахтиной черемисов и вотяков (удмуртов). В следующем году многие черемисы и вотяки, жившие в соседней деревне Бикбаевой, бежали в Осинский уезд к некрещеным башкирам. Оставшиеся жители деревни Бикбаевой остались некрещеными, а жители деревни Розбахтиной отказались принимать у себя священников. В мае 1729 г. архимандрит Сильвестр предпринял вторую (и снова неудачную) попытку крещения жителей Бисертского поречья. При этом сотник деревни Бикбаевой Пермяк Бикбаев собственноручно принимал участие в избиении Сильвестра
  6. И всё же какую-то часть местных жителей удалось крестить. Скорее всего, это произошло после постройки в 1734 г. на землях верх-бисертских татар Кленовской крепости. По данным переписи 1795 г. в Кантугановской ясачной волости насчитывалось в общей сложности 44 новокрещеных татар обоего пола. С другой стороны, в состав черемисов входили 40 новокрещенов. Поэтому неясно: кем именно были новокрещены – татарами или черемисами. В более позднее время (после 1834 г.) новокрещены получили наименование «вогулы» и «так называемые вогулы». Это название часто сбивает с толку неосведомленных авторов, таких как пермский этнограф Г. Чагин (он причислил красноуфимских «вогулов» к манси и перенес на последних особенности жизни и деятельности «вогулов»).
    В 1795 г. верх-бисертские татары проживали в деревнях Верх-Пут(инской) (Васькина), Кантугановой, Уразаевой и Атняшевой (Атняшка). Общая их численность составляла 436 человек (214 мужчин и 222 женщины). В год они платили в казну 32 ясака по 2 рубля каждый – всего на 64 рубля. Черемисы тогда населяли две деревни – Старо-Верх-Бисертскую (Старо-Бухарову) и Верх-Пут(инскую). Их численность достигала 210 человек (104 мужчины и 106 женщин), включая 40 новокрещенов. Как и татары, они в основном занимались охотой и платили в казну 40 ясаков, каждый по 2 рубля (всего на 80 руб.) шкурами лисиц, кожами лосей и оленей (на нужды кавалерии). Сверх того, с них ежегодно собирали в казну по 26 копеек с души (мужчины) на содержание ямских лошадей. Итого, они платили налогов на сумму 96 рублей 64 копейки
  7. Как видим, сборы с них значительно превышали сборы с татар. Эта дискриминация сложилась исторически еще в XVII в., когда черемисы платили ясак в государеву казну наряду с татарами, а, кроме того, выплачивали им арендную плату за пользование родовыми угодьями. Как и ранее верх-бисертцы хлебопашеством занимались мало, их привлекали «более звериные ловли и пчеловодство»
  8. К 1816 г. черемисы деревни Верх-Пут(инской) создают собственную деревню Верх-Пут(инскую) или Накорякову, а также деревню Упей (позднее Упея). Размежевание между татарами и черемисами было связано, скорее всего, с исламизацией татар. В черемисскую деревню Верх-Пут(инскую) подселяются русские, и она получает второе название – Накорякова (по фамилии одного из русских поселенцев), а еще позднее третье – Некрасова (по фамилии другого русского жителя).
    Согласно переписи 1834 г. в Бисертском поречье обитали 623 татарина и 268 черемисов, в 1850-м – соответственно 834 и 246 (из них 33 новокрещенов) человек .
  9. После 1834 г. верх-бисертских татар и черемисов переводят в разряд оброчных крестьян. С этого времени начинается постепенное стирание различий между кунгурскими и верх-бисертскими татарами. В 1850-х гг. на землях верх-бисертских татар селится несколько семей татар из деревни Юлаевой Красноуфимского уезда. Тогда же татары из Кантугановского общества подселяются в башкирскую деревню Урмикееву. В свою очередь происходит сближение черемисов с русским населением. Численность черемисов растет значительно медленнее, чем татар. При этом из их числа формируются новые группы новокрещенов. В 1858 г. численность верх-бисертских татар составляла 752 человека (из них 5 новокрещенов), численность черемисов – 367 человек (из них 74 новокрещена или 20,2 % всех черемисов).
  10. К 1904 г. численность верх-бисертских татар достигла 1387 человек. Еще 30 татар, живших в деревне Васькиной, были не приписаны к обществу, т. е. являлись пришлыми. Численность черемисов в этот год составляла 579 человек. К ним же надо прибавить 98 вогулов – жителей деревни Накоряковой, так как в 1926 г. они именовались марийцами. Всего черемисов было 677 человек. В черемисских деревнях Старо-Бухаровой и Накоряковой проживали 406 русских.
  11. Согласно переписи 1926 г. бывшие верх-бисертские татары и черемисы (теперь уже марийцы) проживали в Бисертском районе Уральской области. При этом жители татарских деревень Васькиной и Атняшки (1080 чел.) были показаны почему-то башкирами (скорее всего, здесь опечатка). Всего в четырех татарских деревнях (Атняшка, Васькина, Кантуганова, Уразаева) обитало тогда 1735 татар (и башкир). Кроме того, в деревне Васькиной жило 7 русских, скорее всего, являвшихся потомками новокрещенов. В трех деревнях, традиционно считавшихся черемисскими (Старо-Бухарова, Накорякова, Упея), в 1926 г. проживали 806 марийцев и 696 русских. При этом в деревне Накоряковой русские составляли 95,6 % от общего числа жителей, в деревне Упея – 32, 7 %, в деревне Старо-Бухаровой – 1,5 % 11. По сравнению с 1904 г. численность татар в регионе увеличилась на 18,3 %, черемисов (марийцев) – на 16 %, русских – на 42,2 %. Более высокий прирост у татар (в сравнении с марийцами) объясняется в первую очередь появлением извне новых татар. Тогда как повышенный прирост у русских достигнут не только за счет их естественного прироста, но и за счет ассимиляции ими крещеных татар и черемисов.

Как видим, в начальный период советской истории бывшие верх-бисертские татары и черемисы (марийцы), не смотря на существовавшие культурно-языковые и религиозные различия, всё больше сближались и ассимилировались с русским населением. Эти тенденции продолжались и в последующее время.

  1. Дмитриев А. А. Пермская старина. Пермь, 1897. Вып. 7. С. 173.
  2. Там же. С. 70 – 71.
  3. Там же. С. 81.
  4. Шишонко В. Н. Пермская летопись. 4-й период. Пермь, 1884. С. 452 – 457.
  5. ГАПО. Ф. 297. Оп. 1. Д. 1045. Л. 2 (об.).
  6. Шишонко В. Н. Пермская летопись. 5-й период. Пермь, 1884. Ч. 3. С. 575 – 585.
  7. Попов Н. С. Хозяйственное описание Пермской губернии. Пермь, 1804. Ч. 2. С. 194, 203.
  8. ГАПО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 323. Л. 86 (об.); Ф. 111. Оп. 1. Д. 2853, 2856.
  9. Там же. Ф. 111. Оп. 1 Д. 2866.
  10. Список населенных мест Пермской губернии. 1904 г. Пермь, 1905.

Оставьте комментарий